Ботанические сады — культура природы

Литературный обзор.
А.Р.Водяник
В качестве эпиграфа.
Иногда кажется, что в России такой климат, что любые попытки насадить здесь райские сады оказываются искусством типа пускания мыльных пузырей и не приживаются. Поэтому полезно напоминать, что дело не совсем в климате. Сад в России вырастить можно, просто для этого нужны усилия империи. Но, к сожалению, даже империя не в состоянии прославить имя своего главного садовника
ГРИГОРИЙ РЕВЗИН
Красота ботанического сада. Какова она должна быть? То ли это красота «дикой» природы, вызывающей ощущения то могущества Природы, то ее крайней ранимости. То ли это красота, демонстрирующая содружество человека-Творца и Природы-Творца. И может ли это понятие «рукотворной красоты» быть применимым к ботаническому саду, если мы говорим о «природном» объекте, как утверждают некоторые экологи и ботаники. Вопрос далеко не праздный. Так уж сложилась ситуация, в том числе и правовая в отношении ботанических садов, что от уяснения этого вопроса, зависит профилизация ботанических садов России и соответственно дальнейшее существование этих учреждений. Именно в России, так как во всем окружающем мире, подобной проблемы не существует. Есть совершенно четкие и исчерпывающие определения не только «ботанического сада», но и «памятника природы» и «заповедника» и «дикой природы». Поэтому ни у кого не возникает даже идеи говорить о заповеднике или природном парке в городской черте. В России такое и не только такое уже вошло в правило.
Изначально необходимо четко и ясно понимать, что ботанический сад никогда не был «природным» объектом, так как в его создание, развитие активно вкладывался человеческий труд с определенной целью: быть привлекательным для общества, для людей. Любой ботанический сад — это, прежде всего сугубо антропогенный объект, созданный с определенными целями, такими как коллекционирование растений (лекарственных, декоративных, плодовых, сельско-хозяйственных, редких и исчезающих и т.д.) и широкое, массовое ознакомление с ними масс населения, просвещение в области экологии в самом широком понимании этого слова, питомниководство и селекция, создание модельных биоценозов и т.п. Более того, почти всегда в ботаническом саду ведутся работы, которые просто исключены для любого другого истинно природного объекта, коими являются, например, те же памятники природы, или национальные парки. Например, на территории этих объектов сложно представить посадку и многолетние исследования растений, которые потенциально могут представлять серьезную угрозу для местной флоры, так называемые инвазийные виды. А ведь именно эти исследования, в том числе, зачастую лежат в основе деятельности многих ботанических садов мира, как единственных учреждений, определяющих технологии сохранения местного биоразнообразия.
Таким образом, возникает вопрос: насколько красивыми и, вообщем то, насколько красивыми должны быть экспозиции и коллекции растений, представленные в ботаническом саду? Что есть красота и её критерий в ботаническом саду? …
Вспоминая некоторые российские, тогда еще советские ботанические сады,особенно довоенные или доставшиеся с дореволюционных времен, рассматривая теперь уже исторические архивы, понимаешь, сколько усилий и труда, знаний и умений вкладывалось в их архитектуру, в формирование их неповторимого облика, в создание чрезвычайно привлекательных, зачастую помпезных, беседок, павильонов, причудливых фонтанов и водных систем. Не было практически ни одного ботанического сада, который можно было бы назвать утилитарным, крайне функциональным, сугубо научным учреждением. Это произошло позже. В годы, когда перед ботаническими садами ставились задачи «народно-хозяйственного значения». Несмотря на сугубо хозяйственные задачи, в некоторых ботанических садах руководители несмотря не на что, все-таки руководствовались логическим заключением, что Сад должен быть красивым и привлекательным для населения. Однако, практически в те же времена, под определение «ботанический сад» попали и территории, которые в большей степени отличались от традиционного в общепринятом понимании смысла. Создавались сады на базе лесных массивов, на базе природных экосистем. В этом вообщем то ничего плохого не было. Но забыли про одно существенное обстоятельство. Предполагалось, что если уж массив леса или степное пространство включено в состав ботанического сада, то его надо сохранять как природную экосистему, исключив всякое антропогенное вмешательство. Вкл
ючая такие факторы как состав атмосферного воздуха, качество грунтовых вод и т.п., т.е. весь комплекс почвенно-климатических условий. Однако с течением времени, вследствии разрастания городов, ботанические сады попали, если не в центр города, то, по крайней мере, в городскую черту, где ни о какой «естественной» окружающей среде и речи быть не может. И хочется ли кому, либо не хочется, но указанные «природные» объекты становятся как минимум объектами наблюдения за выживанием, устойчивостью природной среды под мощным прессом городской среды. Стоит ли говорить об изменениях фауны, особенно беспозвоночной, об изменении почвенной флоры и фауны. Да и проведение экскурсий с большими массами посетителей тогда не практиковалось. Включенные природные массивы были под наблюдением ученых сада и более никого. Но в те времена, 60-70-е годы прошлого века, сады обладали сносным, а некоторые хорошим финансированием, которое позволяло им не рассматривать ощущения посетителей сада как фактор, влияющий на их развитие, место в обществе. С переходом на новые экономические рельсы сначала «перестройки», а затем и вовсе в «новые социально-экономические условия», вопросы содержания ботанических садов встали в полный рост. Вот тогда то и возобладала иная точка зрения: «ботанический сад — это естественная красота естественной природы». Сегодня сложно говорить о причинах такого поворота, но скорее всего, дабы быть объективным, все дело в резком снижении финансирования ботсадов в начале 90-х годов и позже. Невозможно было на те гроши, которые гордо назывались «финансированием» содержать многогектарные комплексы, технически сложные и требующие постоянного контроля в эксплуатации оранжерейные комплексы. И чтобы как-то оправдать наступающее запустение, это выражение и понятие о «естественности» ботанического сада и стало весьма популярным. Свою роль сыграли и местные власти, в большинстве случаев, руководствуясь исключительно добрыми намерениями в оказании хоть какой то финансовой помощи со своей стороны, придавали ботаническим садам статус «региональных (т.е. областных) памятников природы». Непонятно почему именно «памятников природы», ведь законодательство всегда позволяло местной власти создавать или придавать подобным объектам статус «ботанический садов и дендрологических парков регионального значения». Ответ на этот вопрос до сих скрыт от большинства населения, общественности, да и от сотрудников самих ботсадов тоже. Вот эта скрытность и вызывает массу вопросов.
Но сегодня, когда в стране стала меняться экономическая, а вслед за ней и социальная жизнь, вновь встал вопрос о том, насколько закономерно было то «естественное» восприятие их территории, что мы все потеряли, когда стали отвергать привнесенную человеком красоту, когда провели разделительную черту между ландшафтной архитектурой и ботаническим садом. Как всегда, возвращать и восстанавливать бывает порой крайне сложно. Тем более за прошедшие двадцать лет выросло целое поколение, которое и не представляет себе иной ботанический сад, кроме как чего то «рощеобразного» с теплицей». Но, тем не менее, попробуем. Попробуем обосновать искреннее заблуждение самых широких масс населения, и небольшого круга специалистов. И власти.
Цель демонстрации коллекций растений — это, прежде всего демонстрация, ознакомление населения с возможно большим многообразием растительного мира, его взаимосвязей с другими составляющими компонентами биосферы в целом, с человеческим обществом. Однако, не только ознакомление. Преподнесенных знаний, даже с наглядной демонстрацией, мало. Они должны нести в себе некую нагрузку. И этой нагрузкой является воспитание. Воспитание жить в содружестве с Природой, воспитание понимания хрупкости окружающего нас мира, воспитания умений и навыков жить в этом постоянно развивающемся и чрезвычайно отзывчивым на малейшие вмешательства мире. Иными словами, разговор идет о воспитании экологической культуры. Это процесс экологического воспитания и просвещения, который в свою очередь преследует стратегическую цель: формирование экологического сознания общества. Что стало еще более важным на фоне всё развивающегося глобального экологического кризиса.
Общепланетарное стремление выйти из этого кризиса обнаруживается в принятии Киотского протокола о парниковых газах, в международной конвенции ЮНЕСКО по защите особо ценных территорий — всемирного природного наследия и других международных проектах и инициативах. В России постоянно в той или иной форм